Актуальные вопросы изучения Холокоста на территории Беларуси в годы немецко-фашистской оккупации


Известная «неизвестная»

Актуальные вопросы изучения Холокоста на территории Беларуси в годы немецко-фашистской оккупации



счетчик посещений html counter wildmatch.com

ОСМЫСЛЕНИЕ КАТАСТРОФЫ. (Л.Смиловицкий Катастрофа евреев в Белоруссии, 1941-1944 гг. Тель-Авив, 2000 г., 416 с.)

Катастрофа европейского еврейства... Эти три слова произнесены, написаны бесчисленное количество раз. Но если меня спросят, вынута ли первая лопата грунта в завалах нашей беды, я не решусь ответить на этот вопрос утвердительно. Суть, подлинная История Катастрофы схоронена в развалах еврейской разобщенности, в нашем недомыслии, нежелании и неумении объединить усилия лучших умов народа (вернее -- народов), дабы собрать воедино все, что связано с событиями тех лет. От того, что ты сто раз скажешь "сахар", во рту слаще не станет. А мы пошли именно таким путем. То в одной, то в другой стране появляется такой кусок горького сахара, но он так и исчезает в холодной водичке нашего равнодушия, а изобретатель сего куска, то бишь автор, бесследно исчезает из поля зрения...

И тут я поставил многоточие. В самом деле: из поля зрения кого или чего исчезает автор-энтузиаст, взваливший на свои плечи бескорыстный труд? Увы, сегодня нет такой организации, такого центра или редколлегии, которые бы концентрировали в одном месте, в одних руках и мозгах все, что написано, рассказано, снято о Катастрофе.

Евреи еще раз доказали,что духовное (а история народа и есть высшая духовная ценность), их интересует постольку, поскольку оно не мешает материальному. Законы духовных миров, без знания которых евреи вовсе и не евреи, укрыты от народа стальной стеной золота, доллара, шекеля. Между тем амалек (имя нарицательное, означает злейшего врага еврейского народа,-- ред.) и доллар по гематрии (толковании слов по числовому значению составляющих их букв,-- ред.) имеют одинаковое числовое значение... И пока мы не поймем, для чего Бог создал нас и чего он ждет от нас, ничего хорошего с нами не произойдет, ибо пока что мы усиленными темпами уходим от Всевышнего, и этот отход чреват самыми грустными последствиями.

Доказательство тому -- наше отношение к собственной истории, наше пренебрежение уроками нашей беды. И если мы после того урока, который нам преподали, устроив геноцид, не стали чище, благороднее, мудрее; если после всего того, что произошло в годы Второй мировой войны, еще способны обмануть брата, осквернить Совесть, нам следует посмотреть на себя в зеркало и увидеть себя такими, какими мы есть на самом деле. Увидеть и ужаснуться, ибо именно в наше время впервые произошло самое страшное событие в истории: еврей убил национального лидера своего собственного народа... (Речь идет об убийстве премьер-министра Израиля Ицхака Рабина,-- ред.)...

В чем причина происшедшей на наших глазах трагедии? На мой взгляд, в основе лежит незнание Истории Катастрофы, недостаточное осмысление ее масштабов и уроков. И самое главное -- отсутствис Учителей, к которым мы, согласно Рамбаму (Маймонид, крупнейший раввинистический авторитет 12 в.,-- ред.), должны приходить тысячу раз, пока не испросим прощения за недостойное поведение.

Эта пространная преамбула родилась у меня после прочтения уникальной книги д-ра истории Леонида Смиловицкого (Израиль) "Катастрофа евреев Белоруссии.1941-1944 гг.".

Я занимаюсь историей Катастрофы без малого полвека. Написал десяток книг на эту тему, в том числе трехтомник -- "Книга спасения" и "Книга спасителей" (последняя -- в соавторстве с доктором истории Ароном Шнеером). Мне присылают книги по этой тематике со всех концов мира. Среди них -- масса талантливых, глубоких сборников. И все же во главу списка этой весьма специфической литературы я бы поставил именно работу Леонида Смиловицкого. И на это есть свое объяснение.

Впервые я сталкиваюсь с тем, как автор терпеливо и последовательно совершает с читателем (а точнее, на его глазах) трагическую экскурсию по земле Белоруссии, включая в этот маршрут все без исключения населенные пункты, где жили евреи и где они были уничтожены. В качестве гидов выступают чудом спасшиеся люди из местечек, деревень, городов. Их рассказ отличается такой достоверностью и такими подробностями, на какие способны только очевидцы. Их свидетельства, бережно собранные и осмысленные, создают подлинную картину средневекового варварства в середине просвещенного ХХ века. Но на фоне этой власти тьмы, словно огни вечности, возникают имена благородных людей -- спасителей. Это -- соавторы Л.Смиловицкого. Он философски осмысливает истоки поведения людей, которые сами стояли на краю бездны и которые должны были сами преодолеть страх смерти, чтобы остаться людьми.

Автор скрупулезно изучает каждый факт. Вот главка

"Спасители детей". В ней подлинные имена спасителей и спасенных, адреса, где они жили, и все это на фоне реалий того времени, с анализом политики нацизма и деятельности коллаборантов, бывших в услужении у палачей и ставших палачами детей, женщин, стариков.

"Лесник Иосиф Бабетский из д.Карбовщина Плещеницкого района Минской области осенью 1941 года выдал немцам восемь евреев из м.Хатаевичи, среди которых было двое детей... За свой донос лесник получил 2400 рублей и лошадь..."

А вот пример совершенно иного рода: "в Борисове заведующий детским домом Константин Сковородка скрывал под чужими именами Люсю Бейненсон, Розу Давидсон, Хану Липкинд, Лену Нейман и других." "По данным бывшего работника городской управы В.Парфенюка, из 2000 детей, содержавшихся в приютах Минска, 500 было еврейских".

Ученый, историк знает цену факту, а под пером опытного публициста каждый факт как бы сливается со следующим, образуя объективную картину происшедшего. Описание тесно сочетается с глубоким анализом причин и последствий величайшего зла в истории человечества. Опираясь на факты, автор детально прослеживает и изменения в демографическом балансе республики, и практику конфискации еврейской собственности, и сопротивление узников гетто, и участие евреев в партизанском движении, и антисемитизм в том же движении, и непростую ситуацию в смешанных семьях, и поведение нееврейских супругов в них, и организацию побегов из гетто...

Автор умело демонстрирует современные подходы в освещении Катастрофы, тонкое сочетание факта и эмоций, ибо овладение таким огромным материалом требовало от автора не только титанического труда, но и, в первую очередь, того особого душевного настроя, того психологического состояния, без которого невозможно говорить и писать о гибели сотен тысяч невинных жертв. Не каждое сердце способно выдержать подобную эмоциональную нагрузку.

Здесь важно отметить осознание автором своего исторического предначертания, важности своей исторической миссии, ощущения, что "если этого не сделаешь ты, этого никто не сделает". Для решения этой конкретной проблемы Время выбрало Леонида Смиловицкого. Сегодня нет другого историка, который бы занимался историей Беларуси ХХ века, который был бы более подготовлен к такой работе: вся его научная и публицистическая деятельность свидетельствуют о высоком таланте профессионального историка, исследователя, первопроходца, искреннего и даровитого литератора.

Книга наполнена уникальными документами, среди которых можно найти и "Памятку белорусскому полицейскому", и письмо секретаря ЦК КП/б/ Белоруссии П.К.Пономаренко Сталину, и сведения об участии евреев в руководящем составе антигитлеровского Сопротивления и многое другое. Но автор не сотанавливается на событиях периода оккупации: в книге данные о мемориальных комплексах, памятниках и памятныхе знаках жертвам Холокоста в Белоруссии, установленных в 1945-1999 годах.

Книга монументальна по своей сути и являет собой пример решения сложнейшей исторической задачи -- создания подлинной энциклопедии Холокоста, охватывая весь период существования нацизма -- с момента прихода к власти до его позорного конца.

Остается сказать об уроках истории, которая, как известно, учит тому, что ничему не учит.

В середине девяностых годов я обратился к ученым, писателям, журналистам мира с призывом создать Антологию Холокоста. Я выступал с этим предложением с трибун научных конференций в Москве, Кельне, Париже, писал об этом в газетах и журналах разных стран, предлагал собрать материалы для многотомного труда (пусть в сто томов) о путях антисемитизма, о жертвах Катастрофы, о необходимости назвать их всех поименно -- дом за домом, местечко за местечком, город за городом --, как и имена всех палачей и всех спасителей (Праведников). Мне виделось, что для этого нужно создать Международный издательский комитет, редколлегию и совместно выработать концепцию Антологии, ее образ и конкретное наполнение. Наше поколение, помнящее Холокост, должно было бы стать зачинателем этого огромного, но крайне необходимого труда,,

Я получил много писем и предложений от частных лиц -- писателей, историков, ученых, готовых включиться в эту работу. Но я не получил ни единого отклика ни от одной еврейской организации, включая американский фонд еврейской культуры, которые заинтересовались бы по-настоящему этим замыслом, хотя именно в их распоряжении находятся достаточные средства для воплощения его в жизнь. Огромные средства расходуются иа всякого рода маскарады и ненужные торжества, но так и не появилось центра, готового взять на себя заботу о нашей Истории, закрытой завалами недомыслия и ограниченности нашего исторического мышлении.

Книга Леонида Смиловицкого явила для меня прообраз такой Антологии, пусть она создана пока по одной конкретной стране -- Белоруссии. Души невинно убиенных стучатся в наши сердца. Они требуют одного: назовите ИМЯ, у каждого было имя.

P.S. Издание книги Леонида Смиловицкого (а выполнена она на высоком художественном и полиграфическом уровне) делает честь тем, кто поддержал ее издание: иерусалимскому Фонду "Амос" для ученых и писателей, Министерству абсорбции Израиля и его фонду "Апотропус" имени г-жи Эвы Минскер де Вилар для ученых, писателей и художников из бывшего СССР, Фонду Йорана Шницера по изучению еврейской истории при Тель-Авивском университете. Уже один этот перечень спонсоров показывает, что есть люди, заинтересованные в решении серьезных еврейской истории, но это больше напоминает рассыпанные бусы, которые никто не может собрать в одно ожерелье...

Мой опыт показывает, что вряд ли эта бесценная книга станет достоянием широких читательских масс, ибо увидят ее, скорее всего, только в Израиле и Беларуси, да и то при условии , что в Беларусь ее доставит сам автор за свои деньги. Нет пока в мире организации, которая брала бы на себя решение таких задач: даже выдающиеся издания не могут найти дороги к заинтересованному читателю. И хотя тема Холокоста касается не только евреев, в наши дни даже евреи лишены возможности получать нужные им книги. Евреи разбросаны по миру, по своим географическим галутам, и нет пока того механизма, который позволил им воссоединиться в единый народ, с едиными интересами и устремлениями.

Но думаю, что еще не все потеряно. Пока в мире еще есть такие авторы, как Леонид Смиловицкий, книги о Холокосте рано или поздно привлекут к себе внимание мировой общественности, которая пока еще мирно и тихо дремлет на мягких перинах нашего беспамятства. У меня есть право так думать... В 1988 году я с друзьями стал организатором еврейского национального движения в Латвии, затем -- первого в бывшем СССР Общества узников гетто, затем первой в истории Юрмалы еврейской общины, затем... Впрочем, все это -- пустой разговор: ни моими книгами, ни моими планами никто никогда серьезно так и не заинтересовался... Молю Б-га, чтобы судьба была более милостива к моему почтенному коллеге Леониду Смиловицкому. Он так в этом нуждается!

Л.КОВАЛЬ (Юрмала)

© 2007 Homo Liber